Необыкновенный мир Бранко
Выставка проходит в двух выставочных залах: в ДК «Мир» представлена акварель, в Универсальной библиотеке имени Д. И. Блохинцева – архитектура и интерьеры.
Архитектура дала Бранко уважение к форме, понимание пространства и чувство пропорции – он не оставил это обучение на столе для рисования, но привнес его в живопись. Когда вы смотрите на его акварельные пейзажи, не просто видите природу – вы видите архитектуру света. Акварелист рисует так, как мало кто осмелится – широким мазком, без страха, позволяя воде делать свое дело. Его доминирующими цветами являются желтый, оранжевый и синий, а белыми поверхности никогда не остаются случайно, они несут бремя света так, как ни один цвет не может. Приглушенные тона у основания и цветовые акценты в ключевых местах – это колористическая логика, которую автор применяет с легкостью, которая выглядит естественной, но на самом деле тщательно отрепетирована. Его главным мотивом в живописи является пейзаж – не романтизированный, не идиллический, а пейзаж как положение вещей, природа, захваченная в тот момент, когда она сама признает, что она есть. Свет не иллюстрирует – он организует изображение. Бранко не делает вещи, чтобы они были красивыми – он делает их, чтобы они были точными, и эта точность получается удивительной. Творческий синтез архитектуры, дизайна и живописи говорит о личности, которая проходит свой путь не легкомысленно, а с полным осознанием и истинной преданностью.
Как признается сам Бранко: «Со мной с первого дня моя верная муза – архитектура, а мои дети – акварели. Люблю любить и ждать взаимности, хотя ее не всегда возвращают. Иногда забывают. Но жизнь продолжается, и мы спешим навстречу новым ожиданиям. О таланте говорят, что он есть. Порой он работает для всех, порой – вопреки всему. Я стараюсь держаться середины: большего пока не потянуть. Путь от «медузы» до «музы» пройден. Колоритности хватает, но пока остаюсь в оттенках серого. Друзья поддерживают. И это важно».
О мире акварели мы более детально побеседовали с автором выставки.
Бранко, что именно в акварели вас удерживает все эти годы – какие ее качества для вас ключевые (текучесть, прозрачность, непредсказуемость и т. д.)?
Почему именно акварель? Это самый честный и красивый прием, отдача художественной красоты, как любовь с первого взгляда без лишней «замазки». Это игра не на результат, а с результатом, сладость риска… Ход без «грехов». Если они есть – это уже не акварель. Она не любит лишних следов. Акварель нередко бывает быстрее мысли: пока ты думаешь, она бежит к воде, от воды. В воду, по белому... Это же особая притча, настоящая «акваречь». Акварель – это не переписывание, а короткая передышка. Если умеешь, она стекается к тебе, если нет – утекает от тебя. Как вы и сказали: акварель и есть симфония текучести, прозрачности и неожиданности. В нее нельзя просто «окунуться» на короткое время: если прыгнул, тут и остался...
Опишите, пожалуйста, процесс создания акварельной работы: с чего начинается, какие этапы, где чаще всего происходит «волшебство», а где – самая рутинная часть?
Процесс создания акварели... Это тонкий и широкий вопрос. Я часто не понимаю, создаю ли я акварель или плыву по течению за ней. Зеркально отражая ее откровения, я становлюсь ее слугой. Кажется, что акварель – неподвластная техника. Это игра капли со смыслом. Для меня это больше, чем просто «этюдная» работа. Акварель переливчива, как жизнь: пока течем, нам хорошо… Акварель как ребенок: одно грубое касание, и ей больно. Именно в этот момент больно и мне. Я стараюсь, чтобы и ей, и мне, и зрителю было хорошо. Где волшебство, а где рутина? Философский вопрос… Где граница? У акварелистов есть разный, типичный, «накатанный» почерк. Чаще всего в городских пейзажах. Иногда не понимаешь, кто кого пишет. Потеря своего голоса в акварели сейчас – нередкое явление. Для этого и придумали мастер-классы – больше как клонирование, а не как воспитание индивидуальности. Акварель – дорожка для сильных, индивидуальных людей. Она любит запах риска. Переписывание – это лишняя осторожность и неуверенность. Я стараюсь не менять волшебство на рутину. Но путь к волшебству еще не нашел… хотя бывает и рутинное волшебство…
Как на ваше акварельное творчество повлияла культурная или географическая среда, места, где вы жили или путешествовали?
Я же пассажир, а не «крепостной». Ваш вопрос – про всю осознанную творческую жизнь и ее кодовый смысл. Проехал я немало. Но мало где останавливался. Родился в семье, которой Русь была ближе всех. Сербия до сих пор – самая лучшая дочка России... Без «прививки» здесь нельзя: немного привитый, немного принятый. Живу по рецепту Тютчева: не понимай умом, а люби. Кто-то сказал, что бытие определяет сознание. Здесь это не работает. Россия – среда без конца горизонта. Заблудиться легко... Я здесь долго дышу. Иногда акварелью, иногда архитектурой, иногда питаюсь интерьерами. Пытался напитаться восточным и арабским миром… не мое. Вся эта география по красоте и до колена не достает России, и нам пора это понять! Да, путешествия были, но они не повлияли. Остались лишь первая и последняя станция как единственное влияние на мой рост и не рост.
С какими типичными особенностями акварели вы сталкиваетесь (например, контроль за растеканием краски, ошибки, которые нельзя стереть), и как вы их решаете?
С разными моментами – да! Но насколько они типичные, не знаю. Я не профессионал в акварели. Я на всё смотрю как архитектор, а не как акварелист. Корни, наверное, оттуда. Акварели – это теплые последствия. Без них здесь холодно... Я стараюсь, чтобы мои акварели были со «вкусными грехами». Без них никуда. Пока что я акварели проигрываю. Контроль над общей картиной все-таки нужен: акварель любит скрытую линию, границу краски, сухая зона – царство воды, мятое белое... Кто кого контролирует? Иногда вода контролирует всех. Это взаимные чувства... и у воды есть душа.
Используете ли вы какие-то нестандартные приемы или материалы в акварели (соль, пленка, сухая кисть, маскирующая жидкость)? Расскажите про самый неожиданный эффект, который у вас получался.
У меня нет стандартной техники, всё нестандартно. Ответ на ваш вопрос я увидел и услышал здесь, в России. У каждого художника есть своя «закваска», рецепт. Их узнавать интересно и полезно. Но надо иметь свой. Идеи для акварели я беру из мира архитектуры, акварель – как незвучная молитва. Люблю сухую кисть. Это самый яркий способ уловить воду! Люблю диалог, дуэль воды с краской и территорию «белого». В акварели нетронутое белое – самая яркая краска. Судя по вопросам, вы глубинный знаток акварели... Про самый неожиданный эффект? От самого начала до высыхания акварель наполнена неожиданными моментами. Это встреча водных островов с облаками, разлив между каплями без права на ошибку от первой до последней. Мир переживания за спасение света и цвета. Наверное, это и есть «акварельный мир», там хорошо! Вы там были…
Какая из ваших акварельных работ кажется вам самой «говорящей» о том, что вы хотите донести до зрителя?
Какая картинка? Акварель любит шепот, тишину, молчаливое касание. Я учусь у водопадов: они показывают, как можно красиво падать! Надеюсь, это можно увидеть в моих работах. Если выбирать воду, огонь или медные трубы, я выбираю воду. Конечно, и небо... но оно же небо. Водопады – это отдельное царство. Они говорят краше всех. В них и ответ на ваш вопрос... Хотелось бы так же тихо принести в них начало моей акварельной притчи. Каждый из зрителей ее закончит сам. Последняя капля всегда за зрителем.
Бывает ли так, что изначально вы задумывали одно настроение картины, а в процессе оно менялось?
А как же. Акварель – это постоянный поиск, гибкость, перехват и смена настроения как внутри, так и на бумаге. В процессе ты предлагаешь свое, а на бумаге выходит свое... Компромисс без четкой точки. У меня последней смеется акварель. Иногда я…
Если бы вы могли описать свой художественный язык тремя словами, какими бы они были?
Тремя словами? Наверное, «с три пальца»! Первый – акварельный. Второй – архитектурный. И третий – интерьерный. Всё из одной души.
Как вы относитесь к современным трендам в акварельной живописи? Есть ли что-то, что вам категорически не близко?
Вы затронули сегодня актуальную тему. Я думаю, что художники должны быть донорами. Сейчас есть проявления невкусного эгоизма, вседозволенности, неоригинальности! Самомнение как слабость пока не отменили, категоричность не помогает. Но я научился не любить невкусное. Пока в акварели меньше скверности, чем в других дисциплинах, а больше красивых скверов!
Если говорить про восприятие, зрителя и диалог с искусством – что вы считаете самым важным, чтобы зритель «считывал» с ваших работ?
Зритель – это сокровище смысла нашего творчества! Я стараюсь не ставить приказ, не ставить точку в своих акварелях, а оставлять запятую. Зритель сам определит, куда ему дальше. Вы сказали про диалог, и вся суть в нем! Хотелось бы, чтобы зритель считывал с моих работ: стоило с ними пообщаться. Увидеть. Акварель – не фасадное общение, она разливается намного глубже. Хотелось бы, чтобы зритель понимал то, о чем я хотел сказать, и находил это в моих акварелях и не только...
Расскажите про выставку, которая готовится к открытию в ДК «Мир» и Универсальной библиотеке. Почему она одновременно расположится в двух местах?
Выставка называется «С три пальца»: акварель, архитектура, дизайн. Выставить всё в одном помещении – в зале ДК «Мир», при всей его уютности, непросто... Я принял решение (или помечтал), чтобы так было. Хорошо бы и в библиотеке выставить работы по архитектуре и дизайну... Мою мечту вы исполнили. Универсальная библиотека восхитительна. Для интересного показа и дружбы. Прекрасный зал, дворики как площадки для дебатов, диалогов по душам на темы: «Акварельные водопады», «Куда идут кирпичи?», «Интерьер – пижама архитектуры, или...».
И еще один вопрос – есть ли у вас проект мечты в акварели, который пока не реализован? Опишите его, пожалуйста.
Да. Есть. Я начал этот проект под названием «Письма из России» с друзьями. Нас шестеро участвовало в выставке в Республике Сербия, на моей родине! В столице – прекрасном городе Баня‑Лука! Хотел бы, чтобы проект жил долго. И чтобы он переселился сюда, в Россию, в Дубну. Чтобы сюда приносили «Письма из Сербии». Если мы не пойдем по этому пути... нам будут приносить чужие письма. Мы их уже немало читаем... Особенно молодежь. Дубна – город, который умом давно за горизонтом. Я уверен, что ей по силам именно здесь собирать «наши письма». ОИЯИ никогда не забывал про культуру! И атомы имеют душу! Я Дубну полюбил сразу! Так как она балует своих граждан, не балует ни один город в мире!
P. S. Спасибо за приятный разговор! Говорят, что хорошие вопросы – это половина ответа. В этот раз именно это мне и помогло. Спасибо за чувствительные темы и профессиональную прогулку по ним. Вы говорили с человеком, который всю жизнь старался не быть художником из страха перед бедной жизнью! После многих лет я поменял кирпичи на кисть. Я теперь ваш!
Беседовала Элеонора ЯМАЛЕЕВА, член Союза театральных деятелей РФ,
фото из личного архива Бранко НЕДИМОВИЧА