Радиобиология: время дополнять учебники

Лекция председателя научного совета РАН по проблемам радиобиологии профессора Елены Борисовны Бурлаковой (Институт биохимической физики РАН, Москва) "Особенности биологического действия малых доз химических агентов и физических факторов", прозвучавшая 17 декабря на семинаре в ОРРИ, явилась не узкоспециальным докладом, но сообщением о новом явлении в области биологической науки.

Работы по исследованию биологического действия химических веществ сверхмалых концентраций начались более 14 лет назад. Общеизвестно, что при снижении концентрации раствора до определенного порога химическое вещество перестает оказывать заметное действие на биологический объект - исследование воздействия растворов, на несколько порядков менее концентрированных, представлялось бессмысленным. Но, как не без иронии отметила Елена Борисовна, "мы перешли рубеж, который отделяет нормального человека от ненормального". А именно: в опытах с животными продолжали на многие порядки снижать концентрацию препаратов и получили устойчивый "всплеск" эффективности их воздействия при микродозах (10^{-15 - 10-23} мг/кг) - такой же, как при обычно применяемых.

Описание дальнейших событий сродни научно-фантастическому роману. Исследовались различные вещества: антиоксиданты, нейропептиды, гербициды и т.д. Исследовались различные ткани, мембраны, клетки животного и растительного происхождения. Эффект всюду подтверждался. И когда одна из сотрудниц предприняла исследования, чтобы доказать обратное, и когда другая сотрудница проводила исследования, работая по контракту в Швейцарии, и когда в сотрудничестве с Институтом фармакологии одним из условий фармакологов была работа исключительно на собственных препаратах...

В ходе доклада история исследования была проиллюстрирована большим числом графиков и таблиц, интерпретирующих полученные экспериментальные результаты. Последовали комментарии для профессионалов (участников семинара), какие именно свойства биологического вещества меняются и как; были приведены некоторые из предложенных к настоящему времени квантово-химических и биологических гипотез, объясняющих явление. Как сказала Е.Б. Бурлакова, начиная с 1984 года, когда статья об открытии была впервые предложена для публикации в один из солидных научных журналов, и до последнего времени наиболее распространенная реакция среди специалистов, редакторов, министерских чиновников - "этого не может быть!".

Тем не менее исследования продолжаются, равно как и поиск приемлемой модели, объясняющей явление, ведь при концентрации препаратов ниже 10 мг/кг привычные кинетические модели уже "не работают".

Почему эта область исследований так важна? Здесь даже в первом приближении просматриваются некоторые глобальные следствия. Первое условно можно назвать технологическим. Поскольку, перейдя на сверхмалые дозы лекарственных препаратов, можно будет повсеместно ограничить химико-фармацевтические производства, отравляющие людей и природу на огромных пространствах вокруг себя. Если в каждой таблетке достаточно будет нескольких молекул лекарства, каждый такой "комбинат-убийца" может быть свернут до уровня лабораторного стола. Аналогично могут быть преобразованы производства и технологии внесения удобрений, пестицидов и т. д. Второе - тоже условно - антропологическое. В ходе исследований выяснилось, что при сверхмалых дозах препаратов практически отсутствуют вредные побочные эффекты их применения. Третье - очень условно - методологическое. Трудно даже вообразить, с каким количеством различных химических соединений "рукотворного" характера мы контактируем повседневно. Краски и лаки, линолеум и синтетические ткани, различные продукты сгорания и т.д. Требуется, по-видимому, новый подход к предельно допустимым дозам в быту и производстве, в пищевой и медицинской промышленности: не только "не больше", но и (как это на первый взгляд ни парадоксально) - "не меньше".

А что же - спросит внимательный читатель - подразумевается под заявленными в названии доклада "физическими факторами"?

С 86-го года весь накопленный экспериментальный арсенал применялся и для изучения воздействия низкоинтенсивного ионизирующего излучения. Данные, полученные на мембранах, по крови, по ДНК из разных органов, показали, что и здесь наблюдается та же зависимость при сверхмалых дозах - при 180 и 6 - 12 сантигрэй в сутки эффекты равные. Последние по времени эксперименты - при 0,6 и даже 0,06 сантигрэй - показали, что воздействие есть и даже более существенное, чем при 6.

Что здесь наиболее важно? Изменения сохраняются 10 - 15 - 30 дней после прекращения облучения, очень чувствительны к сверхмалым дозам молекулы ДНК. Как последействия: снижение порога чувствительности организма к нерадиогенным, то есть никогда не вызываемым прямым действием облучения, заболеваниям (инфаркты, нейро-психические и т.д.).

Общий вывод: действие сверхмалых доз - другая область науки, не относящаяся ни к фармакологии, ни к радиобиологии. Механизмы и каналы воздействия их на живые организмы требуют собственной научной теории. Профессор Е.Б. Бурлакова призвала физиков к сотрудничеству в данной области.

После семинара нашему корреспонденту удалось задать Елене Борисовне несколько вопросов:

Насколько можно судить по вашему докладу, российские ученые намного опередили западных коллег в области исследования сверхмалых доз. Не грозит ли вам потеря приоритета при таком невнимании со стороны руководства наукой и научной прессы?

Безусловно, мы продвинулись дальше по сравнению с Западом. Но и там в последнее время обратились к этой области исследований. Так, в Ватикане Папа Римский создал Центр иммуногенетики и гомеопатии, благодаря деятельности которого в Италии употребление сверхмалых доз лекарств увеличилось на 45 процентов. В США, исследуя массовые случаи заболеваний (нейро-психических и желудочно-кишечных) среди бывших участников войны в Персидском заливе, пришли к выводу, что это - последствие воздействия микродоз, полученных от пожаров на иракских складах химического оружия.

Что касается "потери приоритета" - с этим ничего невозможно поделать. Что поделаешь, если даже один из самых известных в области радиобиологии специалистов в ответ на предложения расширить исследования в области сверхмалых доз заявляет, что "в учебниках все изложено не так"...

Меня больше волнует вовсе не престиж или упомянутая одним из участников сегодняшнего семинара Нобелевская премия. Все изложенное в докладе имеет самое прямое отношение к экологии. А экология - это не одни лишь свалки, как многие сейчас считают. Экология - это политика. Наше социально-экономическое устройство неэкологично. Но назад, к сохе, никто не пойдет. Значит, надо либо снижать численность населения, либо жить по-другому...

Насколько в представленной вами области исследований могут помочь наши специалисты?

Ваше отделение радиобиологии имеет большой научный потенциал в области изучения разнообразных радиобиологических эффектов. Думаю, ваши сотрудники смогут применить свои способности и в нашей тематике. Кроме того, надеюсь, что ваши теоретики и ваши химики всерьез заинтересуются разработкой модели действия малых доз на молекулярном и атомном уровнях. Мне кажется, ваш Институт должен повернуться лицом к экологическим проблемам. А они касаются всех нас и каждого: из популяции 30 процентов не могут приспособиться к воздействию сверхмалых доз. Весь вопрос в том, кого мы теряем в этой "неприспособившейся" трети? Может быть, самых талантливых...

Выживание и развитие человеческой популяции - вот о чем в конечном итоге идет речь.

Анна АЛТЫНОВА