ВСЕГДА СРЕДИ НАС ...

Наверное, это нужно было сделать раньше. Но такова наша жизнь - повседневная суета, сиюминутные заботы и проблемы, решение которых кажется и, наверное, на самом деле является делом первостепенным, заслоняют что-то главное, основное. Но хорошо, что иногда мы все-таки успеваем "остановиться, оглянуться...". И вспомнить тех, кого уже нет с нами. Илья Михайлович Франк и Федор Львович Шапиро - два имени в физике, две личности, два человеческих сердца. Память и любовь к ним, бережно хранимая старшим поколением, получила свое материальное воплощение в граните - в первую очередь для молодых, да и для всех нас. Об И.М.Франке и Ф.Л.Шапиро сегодня вспоминают участники церемонии открытия памятных досок в ЛНФ.

Ветеран ЛНФ, доктор Л.Б.Пикельнер: В 1948 году я учился на физфаке МГУ. Первые курсы, услышанные мною на только что образовавшемся отделении ядерной физики, были "Ядерная физика",читаемая Франком и "Нейтронная физика" - Шапиро. Уже тогда лекции и того и другого обращали на себя внимание и в какой-то степени выявляли их характеры. Илья Михайлович рассказывал неспеша, красочно, мягко, излагая не строго. Федор Львович - четко, лаконично, в жесткой манере. И оба стиля были хороши, нравились студентам - на их спецкурсы, тогда закрытые, приходили все, кто мог.

А следующая моя встреча с Франком произошла уже в 58-ом году, когда я решил перейти в ОИЯИ из "ящика", где проработал несколько лет. Я приехал в Дубну, ни с кем предварительно не договариваясь, и попал в день Ученого совета Института. Мне порекомендовали обратиться к Франку, который как раз организовывал новую лабораторию, научных сотрудников в ней было всего около десяти, в основном, - молодые специалисты. Я уже имел некоторый опыт, защитил кандидатскую диссертацию. Во время перерыва на совете меня представили Илье Михайловичу, он очень доброжелательно со мной побеседовал, заинтересовался тематикой моих работ и дал свое принципиальное согласие на мой переход. А в марте 1959 года я уже работал в ЛНФ - тогда в лаборатории было около 70 сотрудников, включая реакторщиков, рабочих мастерских, все размещались в четырех-пяти комнатах. Франк одновременно с руководством лабораторией заведовал и лабораторией в ФИАНе. А Шапиро тогда работал только в ФИАНе, но уже имелась договоренность о его работе здесь заместителем директора ЛНФ. Правда приезжал он в Дубну редко, сотрудники лаборатории для обсуждения научных планов в основном ездили в ФИАН.

Федор Львович был не так знаменит (Франк уже стал к тому времени Нобелевским лауреатом), но был, по мнению многих людей, физиком божьей милостью. Был он разносторонним в физике - интересовался и понимал физику в самом широком ее представлении. Еще на его лекциях в МГУ ярко проявилось его умение четко, доходчиво, что называется на пальцах разъяснить сложные вещи. Когда на семинаре в "нейтронке" выступал приглашенный ученый, в разной степени доходчивости освещая не всем близкую тему, в конце выходил Федор Львович, и за три минуты излагал суть часового выступления, подчеркивая интересные моменты, возможность постановки экспериментов. Еще интереснее получалось, если выступал иностранец. Наше поколение изучало, в основном немецкий язык, английским свободно тогда никто практически не владел. На семинаре Федор Львович переводил доклад выступающего последовательно и, как правило, вызывал у него недоумение: докладчик говорит, например, 30 секунд, а перевод длится секунд 5. Выступающий ждет продолжения перевода, а его не следует, потому что Шапиро не просто дословно переводил, а сходу обрабатывал и выдавал самую суть проблемы, с которой не всегда и сам был знаком до того момента.

Федор Львович Шапиро обладал исключительными человеческими качествами, это отмечали все, кому довелось с ним общаться. Прежде всего, он уважал любого человека от уборщицы до академика - здоровался первым, неформально интересовался делами, помнил у кого какие проблемы, будь то научные или домашние. Всегда был очень доступен - у него не было секретаря и не требовалась предварительная запись на прием, можно было заглянуть в кабинет в любой момент. А ведь в тот период он был руководителем научных направлений, занимался организационной и хозяйственной работой. Федор Львович сам много работал и от других требовал энергичной работы, не позволял впустую тратить время. И здесь наверное самым ярким примером будет история открытия ультрахолодных нейтронов. Идея эксперимента принадлежит Шапиро, провести его планировали в 1968 году на тогда еще маломощном ИБРе, который должен был останавливаться на полную переделку под ИБР-30. Оставалось три недели до его разборки когда начались первые измерения. За это время какие-то результаты успели получить, но требовались еще контрольные эксперименты. И за день до окончания цикла реактора Шапиро на директорском совещании добился переноса срока его остановки на 10 дней, и задуманный эксперимент состоялся - в эти дни и наблюдали ультрахолодные нейтроны.

Публикаций у Федора Львовича было не очень много - он не гнался за количеством, но все опубликованные работы - значимые. Его увлеченность экспериментами, целеустремленность и настойчивость в их выполнении может проиллюстрировать такой пример. Для одного из важных экспериментов потребовалось удлинить нейтроновод и соорудить "хибару" (по словам Федора Львовича) для детектора, причем сделать все это за неделю. Сделали. А когда он увидел объем проделанной за неделю работы, то извинился - он не предполагал, что так много нужно будет сделать, иначе увеличил бы сроки исполнения.

Илья Михайлович не был так широк в своих физических интересах и был более мягким человеком. Будучи директором и Нобелевским лауреатом он в лаборатории всегда держался очень скромно, никогда не повышал голос. И поддерживал общую атмосферу в ЛНФ доброжелательной, спокойной, без подсиживаний. С самого начала Франк и Шапиро ввели алфавитный порядок перечисления авторов в лабораторных публикациях, понимая, что при этом им первые места "не светят". Вообще, это был удивительно удачный тандем - И.М.Франк и Ф.Л.Шапиро - доброжелательный, "человеческий" директор и выдающийся физик, генератор идей.

Член-корреспондент РАН, главный научный сотрудник ИТЭФ (Москва) Ю.Г.Абов: Мое знакомство с Ильей Михайловичем Франком давнее - с 1945 года. Он был одним из лучших наших профессоров в МГУ, читал всегда спокойно, очень легко и доходчиво. Помню, я сдавал госэкзамен на физфаке, принимали два професора. Второй спрашивает Франка :"Какие вопросы у вас будут к Абову? - Никаких, Абова я знаю." На протяжении последних лет у нас были очень теплые отношения, он хотел, чтобы я перешел в ЛНФ. Федор Львович Шапиро был самым сильным учеником Франка, редким, я бы сказал, человеком. С ним можно было говорить на любую тему в физике - он обладал широчайшей эрудицией. Имел редчайший дар - сочетал в себе прекрасного физика-экспериментатора и глубокого физика-теоретика. Конечно, у каждого из нас есть друзья и недруги, но Шапиро, это точно, уважали все. Даже недруги всегда говорили, что он человек высшей степени компетенции.

Эти два человека, по существу, создали ЛНФ, которая до сих пор является одним из ведущих мировых центров по нейтронной физике. И аналоги мне трудно найти - здесь работают крупнейшие специалисты. Франк и Шапиро создали свою школу, она жива. А В.Л.Аксенов стал достойным преемником Франка, продолжил его линию, сохранил лабораторию, под его ркуоводством лаборатория получила новые результаты. У ЛНФ большие планы на будущее и я не сомневаюсь в том, что если государство может что-то сделать, то это как раз тот случай, когда нужно реализовывать эти планы и развивать эту лабораторию. Необходимо обновлять, модернизировать оборудование. Должен быть реализован проект ИРЕН, очевидна необходимость реконструкции ИБР-2.

И последняя деталь. С идеей ультрахолодных нейтронов Шапиро пришел ко мне, по-видимому, к одному из первых. Я тогда занимался экспериментами по р-нечетности и мне нужно было бы их свернуть, чтобы начать новую работу. Поэтому мы с ним тогда не договорились и я очень сожалею об этом всю жизнь.

В церемонии участвовала и сестра Федора Львовича Е.Л.Шапиро: Я очень благодарна судьбе, что мне выпала честь иметь такого одаренного брата, и для меня большая честь присутствовать на церемонии открытия памятных досок. Прошло 25 лет со дня его кончины, но до сих пор все его друзья, коллеги, родственники в день смерти и в день рождения Федора Львовича неизменно собираются у его могилы на Донском кладбище. И неизменно с большой теплотой и любовью вспоминают о нем.

Он был велик не только как ученый, но и как человек - такими исключительными человеческими качествами и в таком сочетании не обладал, пожалуй, никто другой. Это был подарок природы. Его нет, но он всегда живет среди нас и за это большая благодарность всем его друзьям и коллегам, и мой низкий им поклон.

Ольга Тарантина